Интервью с вдовой, Надеждой Михайловной.
— Как воспринял сообщение о том, что направляют в Афганистан?.. Как должное. Он – офицер, военный, а приказы не обсуждаются. У него отец тоже военный. Воспитан в этих традициях – долг, Родина, ну и мы так же.
— Страха, что что-то случится, тоже не было или не отдавали себе отчет, каждый, может, думал об этом про себя, но внешне никто не показывал. Мы из Советского Союза… этим все сказано. Тогда все рассуждали так – надо, значит — надо, направили в Афганистан – значит поеду в Афганистан…
— Ушёл в декабре 81 года и должен был приехать перед окончательной демобилизации в отпуск в марте 1983. А 22 марта погиб.
Он был там командиром разведроты.
Мы ждали его – написал, что уже есть замена, едет в отпуск, в августе уже окончательно. Лена, дочка, должна была идти в первый класс. Николай собирался ее вести…
А вместо этого пришли и сказали – …отдал свой интернациональный долг Родине…
Что Коля погиб, знали многие, кто жил с нами рядом. Военный гарнизон недалеко от Госпитального вала, где мы жили. Все друг друга знали. Несколько дней ходили и молчали. Не знали, КАК сказать. А я смотрела и думала, почему так странно смотрят, наверное думают, вот счастливые… замена…
Сейчас понимаю их очень хорошо. Мне было 26 лет. Дочка первоклашка. Семья ждет возвращения со дня на день. Как сказать, что ничего, о чем мечтали, уже не будет?..
Узнала так: ко мне пришла вдруг наша соседка и сказала, что ей позвонила тетя Николая, попросила меня к ним приехать. Предчувствия?.. Да, нет, наоборот, все мысли о хорошем. Потом, позже уже вспоминалось, что было какое-то волнение, от которого сжималось внутри и не хватало воздуха. Но я думала, это нормально, как у всех, когда очень ждут…
Подумала, что мне хотят сделать сюрприз. Отношения у Николай с его тетей были очень теплые. Вполне мог поехать к ней и позвать меня, чтобы устроить сюрприз, порадоваться всем вместе… Подошла к дверям, позвонила… открыли, я посмотрела на нее – она молчит, в коридор вышли люди и все смотрят на меня, молча… Потом тетя говорит:
— Надя, Николай погиб… — и все, будто столкнули в пропасть… Такие вещи происходят так быстро… 22-го погиб, а для нас он еще был живой несколько дней и 1 апреля уже хоронили.
Привезли в цинке. Сказали, что открывать не будут… из гранатомета… отец военный, настоял, чтобы показали.
В ритуальном зале открыли… Загримировали, как могли. Помню – одна сторона лица хорошая, а вторая будто не он…
Зато не было сомнений, что там именно он. Всякое бывало…
Лену увезли к родственникам, пока не приду в себя.
Одна я не была, со мной постоянно кто-то был. Снился?.. Редко. Несколько раз. Один сон запомнила хорошо. Еще не было 40 дней. Вижу Колю в комнате. Сидит на диване, как обычно. Ни о чем не спрашиваю его. Потом он говорит:
«Ну, все, скоро петухи…», встал и пошел к двери. Я проснулась. Трудно дышать, думаю — при чем тут петухи… Через несколько дней были сороковины. Собрались родственники, друзья, помянули. И больше не приходил.
Его родители из Льгова. Но отец сразу сказал, что Николай останется в Москве. Выделили место на Введенском кладбище. Непростое место. Но вот так… Подключился Моссовет, помню, помогли решить этот вопрос.
Статус?.. Думаю, что имел.
Посмертно Николая наградили Орденом Ленина. Хорошее кладбище, старинное, в границе города.
«Забрал с собой три десятка духов»
О чем рассказал сослуживец Николая Хвостенко, командир одного из взводов роты, которой он командовал:
— …шороху он там навел.., просто так не ушёл – забрал с собой три десятка духов – один! Говорили, что они попали в засаду. Какая же это засада, когда три взвода – это рота, которыми Коля командовал, шли в армейской колонне на караван, точнее – сопровождали колонну, как разведгруппа. Шли, разумеется, впереди, тремя БМПЭ. Я командовал одним из взводов. Попали на серпантине под обстрел. Колин взвод принял бой первым. Когда стало понятно, что духов много (потом установили, что больше сотни), приказал своим отходить, а сам остался прикрывать… прямое попадание гранатомета… шансов у него не было. Он это знал и все равно остался, спасая своих солдат. И спас, ценой своей жизни…
© «Русский Крест»
Послесловие: о Николае Хвостенко помнят не только в его родном Льгове…
22 марта — День памяти Кавалера Ордена Ленина Хвостенко Николая Николаевича. Командир разведывательной роты, капитан.
31.01.1954 –22.03.1983
Краткая биография
Родился 31 января 1954 года в посёлке городского типа Сеймчан Среднеканского района Магаданской области (Россия). Русский. Вместе с семьей жил в городе Льгов Курской области (Россия). В 1971 году окончил среднюю школу №3 города Льгова.
В Вооруженных Силах СССР со 2 августа 1971 года. В 1975 году окончил Московское высшее общевойсковое командное училище.
В Республике Афганистан с декабря 1981 года. Служил командиром разведывательной роты 122-го мотострелкового полка 201-й мотострелковой дивизии (войсковая часть полевая почта 65753; город Ташкурган, провинция Саманган). Неоднократно участвовал в боях.
Погиб при выполнении боевого задания в окрестностях города Мазари-Шариф провинции Балх 22 марта 1983 года.
Память о Николае Хвостенко
(с сайта «Мы помним Афган»)
В Афганистане его имя носил экипаж БМП-2 (боевой машины пехоты) №313 разведывательной роты 122-го мотострелкового полка 201-й мотострелковой дивизии.
От первого лица:
Вовнянко Сергей Иванович (Харьковская область г.Первомайский):
— …Его имя было присвоено БМП-2 №313 разведроты. Я был командиром этой БМП-2 у 1984-1985 годах. Есть очевидцы его гибели. Погиб он от попадания гранаты, выпущенной из ручного противотанкового гранатомета. Его портрет находился на алее Славы полка. Каждый вечер личный состав разведроты торжественно проходил и отдавал ему честь. Его помнят офицеры полка и солдаты разведроты. Спасибо всем жителям Льгова за память об этом человеке. Низкий поклон родственникам.
С уважением, разведчик 122 МСП Сергей Вовнянко (В Афганистане с 1983-1985).
Кухарь Анатолий (г. Одесса):
— Я служил под его командованием сержантом. Был с нашим командиром в его последнем бою и все видел. Скажу так — наш командир настоящий офицер и настоящий Герой Афгана.