Про ветеранов вооруженного конфликта на таджикской границе сейчас вспоминают крайне редко. Понятно – прошлое заслонили другие события. Восполним этот пробел по возможности, пересказав историю одной погранзаставы.
В соцсетях появился ролик, посвященный десантникам из Ферганы, которые были вовлечены в вооруженный конфликт, воевали, а потом не могли получить статус ветерана боевых действий. Чиновники в этой ситуации проявили себя хуже врагов – от бывших военнослужащих потребовали документы, которые должны были доказать, что они принимали участие в боевых действиях. Абсурд, если понимать, что из себя представляли и представляют армейские десантные подразделения. Чтобы пробить стену непонимания (или намеренного вредительства), сняли фильм и выложили его в интернет. Фильм имел значительный резонанс и во многом сыграл положительную роль в борьбе ветеранов за свои права.
Среди откликов привлек внимание один, который процитируем полностью:
«Десантники из Ферганы! Большое Вам спасибо! Вы спасли нас, пограничников. Нас на заставе осталось 13 человек (включая мою жену), обстановка была крайне тяжёлой… 60 десантников высадились на моей заставе, 20 перебросили на соседнюю заставу… От первого и до последнего дня вы, вместе с пограничниками, выполняли свой долг: сутками охраняли границу, задерживали банды и вооружённых нарушителей границы, часто — в результате жестких боестолкновений. Так же, как и мы, вы несли службу без электричества, без пищи, без чистого постельного белья — боевики блокировали дороги и не пропускали колоны с продуктами и бельём… Огромное Вам спасибо от меня, начальника одной из пограничных застав, моих подчинённых, моей семьи. Благодаря Вам мы живы…»
Автором этих строк был Ильяс Уктамович Мирисматов. В описываемые события он являлся начальником 5-й пограничной заставы Пянджского пограничного отряда. С ним связались и он рассказал подробности той истории. Даем с небольшими и незначительными сокращениями.
Таджикско-афганская граница осенью 1992 года
«— Застава, начальником которой я был, охраняла участок границы на слиянии рек Пянджа и Вахша, которые образовывали Амударью. В тылу участка располагался заповедник «Тигровая балка».
После развала Советского Союза руководители Украины и Беларуси отозвали солдат-срочников, призванных из этих государств, а правительство России в это время еще не определило наш статус: чьи мы пограничники. На заставе нас осталось 13 человек военнослужащих различных национальностей (тринадцатая — моя жена, сержант-сверхсрочник, контрактников тогда не было) и мой сын 1991 года рождения.
В тылу участка заставы по обоим берегам Вахша скопилось огромное количество бегущих от гражданской войны беженцев (тысяч 75, может и больше). Среди беженцев — отступающие отряды боевиков, которым оказывали помощь афганцы, перебрасывая (иногда вертолётами) им оружие, боеприпасы, моджахедов и т.д… Боевики несколько раз вызывали меня на переговоры и требовали, чтобы мы, пограничники, «открыли» границу и не препятствовали им «ходить» в Афганистан. Угрожали расправой мне, семье, личному составу и обещали снести рубеж основных инженерно-технических сооружений. Я отвечал им, что мы стоим здесь для охраны границы и сил, и средств у нас хватит для противодействия им. Ответ вызывал у них дикий смех, оскорбления и угроз. Были также и попытки подкупа меня и личного состава…
Я вынужден был принять решение перейти от охраны границы к элементарной обороне заставы. Обо всём я докладывал командованию отряда. На заставу прислали еще двух офицеров, прибывших с Дальнего Востока в командировку для усиления, до этого из офицеров я был один.
Не дожидаясь определения нашего статуса, по моей команде, солдаты сшили из синих трусов, белой простыни и красной скатерти российский флаг, который мы в торжественной обстановке (насколько было возможно) водрузили на флагштоке. Боевикам при очередных переговорах, показывая на триколор, я заявил, что выстрел или выпущенный снаряд в сторону заставы – это провокация против России».
НАШИ!
«В один из дней из-за гряды гор появились вертолёты и закружили над заставой. Опасаясь провокации, я поднял заставу по команде «к бою». Заняв оборону, к удивлению, мы увидели, как вертолёты, кружа как «чёртово колесо», высаживают десант в российской форме. Переброска держалась в тайне, поэтому мы ничего не знали. Два офицера, 60 гвардейцев-десантников быстро привели себя в порядок и выстроились в двухшеренговом строю. Офицер доложил мне, что они из Ферганского парашютно-десантного полка прибыли для усиления заставы. Я доложил по команде и получил распоряжение перебросить двадцать десантников автотранспортом на соседнюю заставу, а сорок – оставить у себя. На обратном пути вертолёты забрали офицеров.
На плацу я построил друг против друга горстку измождённых, в латанной, изношенной форме (застава два года не была обеспечена формой по нормам довольствия) пограничников и высоких (180 см и более), в красивой, опрятной форме, с белоснежными подворотничками, десантников с полной амуницией и оружием. На глазах пограничников заблестели слёзы. Мы поняли, что нас не бросили, мы сможем полноценно охранять границу, главное мы поняли, что мы СПАСЕНЫ, нас трудно будет уничтожить.
Через местных жителей я распространил информацию (они видели большое количество вертолётов), что застава усилена двумястами российских десантников с артиллерией, групповым оружием. Это отбило охоту боевикам приближаться к заставе. Десантники (4 старшины, 32 сержанта, 4 рядовых) за две недели занятий освоили азы пограничной службы, быстро влились в коллектив (нас затем усилили еще и пограничниками из России), стали нести службу в составе пограннарядов. Служить приходилось без электричества, чистого постельного белья, перебиваясь скудной едой, так как боевики разрушили ЛЭП, не пропускали колоны с продуктами и бельём. Десантники бок о бок с пограничниками несли круглосуточную службу в пограннарядах, участвовали в задержаниях вооружённых до зубов нарушителей границы, пытающихся переправить из Афганистана оружие, боеприпасы, мины, наркотики. Само собой, нередко приходилось вступать в открытые боестолкновения. На одной из застав нашего отряда десантник, отстав от пограннаряда по нужде, в арыке, заросшем камышом, в одиночку задержал более десяти вооружённых нарушителей границы…»
«— Через четыре месяца вертолётами десантники были сняты с застав, а четыре рядовых десантника служили ещё два месяца, пока не истёк срок их службы. Провожали мы их со слезами, как расстаются с родными людьми. От меня, моих подчинённых, моей семьи ОГРОМНОЕ СПАСИБО десантникам ферганского парашютно-десантного полка за помощь в охране и обороне таджикско-афганской границы! По сути, они нас спасли в то смутное, тяжёлое время!!!»
P.S.
Ильяс Уктамович Мирисматов получил досрочное звание, поступил в Академию, награждён орденом «За личное мужество». С 2000-го года – на пенсии. Как и другие непризнанные ветераны, верит в справедливое решение, иначе не должно быть.
